Несмотря на то что Конституция Российской Федерации гарантирует равенство прав всех граждан, а также предоставляет право обращаться в суд каждому гражданину, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации (ГПК РФ) не предусмотрел доставку на судебное заседание по гражданскому делу лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы, для их личного участия в процессе. В соответствии с п. 1 ст. 48 ГПК РФ все граждане вправе вести свои дела в суде лич- но или через представителей. На практике довольно часто встречаются ситуации, когда при рассмотрении дел в гражданском судопроизводстве истец не может или не желает присутствовать на судебном заседании, а его интересы представляет представитель. Правовой статус представителя регулируется нормами ст. 54 ГПК РФ, в соответствии с которой представитель имеет право совершать от имени представляемого все необ- ходимые процессуальные действия. Осужденные нередко являются участниками гражданских дел, при этом стоит обра- тить внимание на то, что de jure их права в процессе не ограничены, а de facto им слож- но осуществлять право на защиту, так как они отбывают наказание, которое исключает личное участие в судебном заседании. С принятием 26 апреля 2013 г. Федерального закона № 66-ФЗ «О внесении из- менений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации» в ГПК РФ были внесены изменения, касающиеся использования систем видеоконференцсвязи при рассмотрении судебных споров по гражданским делам. На данный момент идет активное внедрение информационных технологий в учреждениях ФСИН России, судах общей юрисдикции и арбитражных судах, но при этом системы видеоконференцсвязи внедрены не везде. Возможны случаи, когда суд отказывает осуж денному в предоставлении возможности разбирательства по делу с применением средств видеоконференцсвязи либо возникли технические проблемы при ее проведении. В случаях, когда видеоконференцсвязь не применяется, интересы осужденного выражает представитель и суду необходимо принимать решение по делу, основыва- ясь на объяснениях представителя без участия истца, в данном случае осужденного, отбывающего наказание. Возникает вопрос: правомерен ли суд принимать решение по делу в таких случаях? А если кроме объяснений представителя иные доказательства в суде не представле- ны? Попробуем разобраться с данной проблемой. Такими авторами, как М. К. Треушников, Г. Л. Осокина, А. А. Власов, П. П. Гуреев, об- суждался вопрос о том, является ли объяснение представителя, участвующего в деле, судебным доказательством. В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на ос- нове которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновываю- щих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Сведения о фактах могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, пока- заний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. Толкование ст. 55 ГПК РФ приводит к выводу о том, что перечень средств доказывания является исчерпывающим и никакие иные средства не могут быть правомерными в гражданском судопроизводстве. По мнению М. К. Треушникова, доказательствами по делу могут являться сведения, полученные от первоисточника спорного материально-правового отношения, то есть сведения, сообщаемые от лиц, которые воспринимали обстоятельства дела и являлись субъектами по спорному вопросу. В силу этого объяснение представителя, как и других участников гражданского процесса: органов государственной власти, предъявляющих ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ОСУЖДЕННЫХ 411 иски в защиту прав других лиц, прокурора, как правило, не могут быть наделены дока- зательственной силой и не являются судебными доказательствами [1, с. 79]. Несмотря на множество видов представительства, выделяемых в гражданском праве, можно говорить, что осужденные, отбывающие наказание в виде лишения сво- боды, наиболее часто прибегают к услугам адвокатов, то есть возникает договорное представительство, а также нередко в отношении осужденных реализуется законное представительство. Гражданское процессуальное законодательство не признает самостоятельным сред- ством доказывания объяснения представителей сторон, но в отношении законных пред- ставителей возможно сделать исключение, поскольку они могут быть осведомлены о фактических обстоятельствах дела и становиться не раз свидетелем определенных фактов из жизни представляемого. Согласно ст. 55 ГПК РФ доказательства по делу должны быть получены в предусмотренном законодательством порядке, а значит, законность получения доказательства является обязательным признаком, которым должно обладать доказательство. В п. 16 поста- новления Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. № 8 «О некоторых вопро- сах применения Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» указано, что доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, когда при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией РФ права человека и гражданина; установленный процессуальным законом порядок собирания и закрепления судебных доказательств, а также когда сбор и закрепление судебных доказательств производились не управомоченными на то лицами или орга- нами и когда сбор и закрепление информации производились в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами. Представитель стороны как лицо, участвующее в процессе, получил информацию об обстоятельствах дела от представляемого осужденного, отбывающего наказание в виде лишения свободы. Представитель не является субъектом спорных материальных правоотношений и до возникновения процесса не совершает юридически значимых действий. Следовательно, представитель не является носителем сведений о фактах и источником доказательств, а его объяснения не могут быть приравнены к объясне- ниям сторон. Среди доказательств, которыми суд общей юрисдикции устанавливает фактические обстоятельства по делу, закон прежде всего называет объяснения сторон, которые должны быть проверены, исследованы и оценены в совокупности с другими доказа- тельствами [1, с. 156]. Вместе с тем доказательственная информация представителя производна от дру- гих носителей, в нашем случае от осужденного, отбывающего наказание в виде лише- ния свободы. Производные доказательства образуются в результате опосредованного воздействия искомого факта на материальный носитель информации. В отличие от первоначального доказательства, производное доказательство всегда содержит ин- формацию, полученную «из вторых рук», то есть между искомым фактом и конечным носителем информации, с которым имеет дело суд, существует некое передаточное звено. Использование производных доказательств допускается, как правило, если представление первоначальных невозможно или затруднительно, а также для их оты- скания, проверки и восполнения [2, с. 664]. Суд не вправе отказывать в приобщении доказательства к материалам дела, ссылаясь на то, что оно носит не первоначальный, а производный характер. Рассматривая жалобу 59747/14 «Палилов против России», направленную в Европейский Суд по правам человека (постановление Европейского Суда по правам человека от 7 марта 2017 г. «Дело „Полякова и другие против Российской Федерации“»), В. А. Палилов ссылался на нарушение со стороны власти Российской Федерации ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 4 ноября 1950 г.) (далее - Конвенция), утверждая, что он не мог посещать судебные заседания в гражданском процессе. Пункт 1 ст. 6 Конвенции в части, применимой к настоящему делу, гласит следующее: «Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях… имеет право на справедливое и открытое… слушание… судом…». 19 июля 2013 г. Замоскворецкий районный суд г. Москвы провел судебное заседание в отсутствие В. А. Палилова, что было указано в решении следующим образом: «Заявитель был уведомлен о дате слушания. Он не явился на судебное заседание ввиду того, что он отбывает наказание». В. А. Палилов обжаловал решение суда и ходатайствовал о том, чтобы апелляционное слушание проводилось в его присутствии. 4 июня 2014 г. Московский городской суд провел слушание в отсутствие заявителя, что было пояснено следующим образом: «Согласно статье 167 ГПК РФ апелляционная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон процесса; они были уведомлены о дате и месте проведения судебного заседания». Европейский Суд по правам человека, рассмотрев жалобу 59747/14, постановил, что в настоящем деле допущено нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции в отношении В. А. Палилова. В российской правовой системе нередки случаи принятия решений в слушаниях по гражданским делам, в зависимости от характера спора, без личного присутствия сто- роны, считая достаточным условием, что заявитель вправе вести дела в суде через своего представителя. Суд не отказывает в приобщении к материалам дела объяснения представителя, несмотря на то что оно носит производный характер. Отвечая на поставленный в данной статье вопрос, можно сделать вывод о том, что объяснения представителя, участвующего в деле, принимаются судом в качестве дока- зательства, что подтверждается на практике, несмотря на сложность и неоднозначность данного вопроса. При этом хотелось бы отметить, что на сегодняшний день с активным внедрением систем видеоконференцсвязи появляется возможность участия осужден- ного в слушании по гражданскому делу, тем самым обеспечив соблюдение законных прав осужденного, гарантированных Конституцией РФ и Конвенцией.